"Театр в России должен быть для зрителей не только источником эстетических впечатлений ,духовной потребностью ,гражданской трибуной , нравственной школой ,но и сердечной привязанностью" .  Г.Г .Дадамян

Воскресенье 20 Август 2017

"В одной черной комнате …"

 

 

 

Холодный черный куб с занавешенными черным окнами и двумя белыми дверьми — таким запомнилось пространство малого зала тольяттинского театра «Колесо». И поэтому вполне закономерным  кажется, что открытие в нем Камерной сцены состоялось именно на премьере спектакля «Лодочник» по пьесе А. Яблонской. Режиссер Владимир Хрущев при помощи команды художников Сергея Дулесова, Дарьи Солодовой и Яны Железняк глубоко погружает зрителей в инфернальную атмосферу,изобретательно используя в театре кинематографические приемы триллера. Черно-бело-красная гамма одежд, напоминающих больничные халаты врачей и больных, надписи на их спинах,одноразовые бахилы и шапочки заставляют тревожно сжиматься сердце. Контровый холодный синий свет и дрожащая подсветка фонариками разных размеров добавляет пространству ощущение зыбкости. За черными, белыми или прозрачными полиэтиленовыми занавесями постоянно присутствует багровый Стикс, неприятно напоминая о себе легким плеском неподвижных вод.Живое озвучивание спектакля актрисой Юлией Киреевой заставляет разум зрителя трепетать на грани полусна-полуяви, когда слышен каждый взмах весла и качание лодки, писк невидимого комарика и чирканье отсутствующей спички,и даже чувствуется дым воображаемой сигареты. Постановщики сделали все происходящее порой смешным  и очень «нашим» для зрителей, иронично наполнив его приметами и мелодиямисоветской и российской действительности: Женщина с косой смотрит вечное «Лебединое озеро», переправляющейся на тот берег Женщине с ведром являются победные девушки синхронистки, а перед поэтом Иосифом-лауреатом всплывают бодрые русалки пионерки. Самым ярким об- разом становится неосуществленная мечта главного героя. Встретив взрослую дочь, он вдруг надевает на нее цигейковую шубку,шапку-ушанку и катает ее на санках под хлопьями  бумажного снега.

В пьесе «Лодочник» нет однозначного отношения к таинству смерти, здесь перемешаны и греческий миф с его последующими литературными интерпретациями, и  языческий  обряд  инициации,  и христианское учение, и индуистская философия,по этому не всегда понятны поступки некоторых героев и возникает ощущение быстрого «хэппи-энда». Из всего современного коктейля верований и предрассудков в тольяттинском спектакле выделена и прочувствована их основа — страх конечности человеческого существования, и совершается попытка его преодоления через осознание ценности каждого прожитого дня. В отличие от Орфея Жана Ануя, не желающего для себя и возлюбленной сытой и скучной жизни, полной компромиссов, герой Яблонской уговаривает любимую женщину вернуться в мир радитого,что бы каждое утро«здороваться и улыбаться, как нормальные люди». Поэтому финал в спектакле случается  раньше,  во  время  монолога Сторожа, наполненного раскаянием, любовью и обещанием счастья.

Артист Сергей Максимов легко и осторожно касается темы жизни и смерти и производит сильное впечатление своей актерской«неигрой»,сиюминутным существованием в страшных и странных предлагаемых обстоятельствах. Сторож в его исполнении — самый живой, теплый и настоящий персонаж в спектакле.Опустившийся одинокий человек, разрушающий себя алкоголем и бездельем, он словно не живет, а балансирует между реальностью и    дурманом.Упрямо повторяемая им фраза—«по собственному желанию»—звучит и как девиз, и как причина современного тотального одиночества. Шанс сделать что-то не ради себя,а ради других,пробуждает в нем сильного человека с большим сердцем и бессмертной душой.

Остальные персонажи становятся своеобразным греческим хором, вторящим герою о радостях обыденной жизни. С какой грустью на том свете лауреат в поэтичном исполнении Александра Двинского вспоминает о летнем ветерке и аромате женских духов, с какой тщательностью воспроизводит он весь ритуал курения.С каким удовольствием,решив«рабочие проблемы», пьет коктейль и отдыхает полнокровная Женщина с косой (Елизавета Фарапонова). Даже  уставший от вечной жизни Харон (Виктор Шадрин) находит молчаливую радость в рыбалке и йоге. И на его финальной реплике с предложением увидеться не в астрале, а в спортзале зал облегченно смеется, ведь все увиденное за прошедшие два часа в замкнутом пространстве черного куба камерной сцены театра «Колесо» — всего лишь страшный сон, после которого острее ощущаются запахи вечерней городской улицы и улыбки близких людей.

И поэтому, несмотря на то, что открытие малой сцены состоялось спектаклем о смерти,хочется пожелать театру здесь долгой и успешной творческой жизни.

 

Анастасия ДУДОЛАДОВА Нижний Новгород

 

                                          касса